Забыли пароль?
далее следует некоторая информация...



СВЕЧА - Главная arrow Публикации (Статьи) arrow Поэтическая Свеча arrow Черный Менестрель (ч.5)
Черный Менестрель (ч.5) Печать E-mail
11.03.2015 г.
Кайа бездумно передвигала ногами, не выпуская из вида милорда. Как было бы здорово сейчас упасть около дерева, всей спиной почувствовать шероховатую кору, чтобы в ноздри ударял свежий, чуть терпкий запах хвои, а глаза могли беспрепятственно закрыться… девушка подавила усталый стон. Еще час… это не так уж и много. За час можно вымыть пол в большой зале или вышить четыре цветка на ажурном платке… о Эру, неужели час — это так долго?! Кайе не хватило сил даже для вздоха. Сквозь полуприкрытые ресницы девушка смутно различала силуэт Черного Менестреля.

Интересно, а если она сейчас упадет и заснет, он вообще заметит? Перед глазами плавало смутное пятно леса. Кайа устало зевнула. Еще чуть-чуть и она заснет стоя, как лошадь… впрочем, стоя не получится — ноги все равно не выдержат, и она упадет в объятья земли. В мягкие еловые колючки… Ну вот почему нельзя просто лечь и заснуть? Потому что она идет рядом с ним? Потому что он опасен?

А почему люди считают его опасным? Он ведь не убийца: такие убивают всех без разбору, а он спас ее жизнь. Так что же тогда заставляет других опасаться за себя?

Просто он — другой. Не такой, как кто-либо, кого она знала. И почему-то Кайа была уверена, что на свете нет никого, хотя бы похожего на Черного Менестреля. Это настолько осязаемо, будто на него наброшен незримый черный ореол.

Говорят, у него ужасная судьба, и над ним довлеет злой рок. Но почему-то даже Вецен ни разу так и не смог объяснить внятно, кто именно и почему бросил эти слова в народ. Но люди тем не менее боялись, что черный жизненный путь Менестреля каким-то образом повлияет и на их судьбы. Ерунда все это. Разве это от него зависит?.. Перед глазами промелькнул меч из черной альбы, испещренный руническими символами. Кайа задумалась… и незаметно ушла в сон.

Мягкий треск сухих веток чуть было не заставил девушку поверить в то, что все это было лишь сном. Кайа очень долго боялась открыть глаза: вдруг там ее встретит холодный взгляд Черного Менестреля? Но все же, набравшись храбрости, она приподнялась и осмотрелась.

Чуть впереди из-за четкой линии горизонта поднималось солнце, расплескивая по небу розоватые перья облаков. Этот свет так ослепительно ударил по глазам, что Кайа невольно прищурилась. Рядом горел ярко-алый огонь, освещая сумрачный перелесок и кутая в необъяснимо зловещую окраску фигуру Черного Менестреля. Он молча рассматривал огонь, ласково касаясь струн лютни.

Кайа даже не сразу решилась потревожить его. Милорд был глубоко погружен в себя, а звук струн почему-то напоминал журчащий ручей… Ее это настолько заворожило, что даже после того, как он перестал играть, девушка выждала еще некоторое время на всякий случай. Казалось, что воздух стал хрустальным и разобьется, если тронуть. И почему-то Кайа очень боялась его разбивать.

— Где мы?.. — едва слышно спросила она, чувствуя, как ощущение таинственного чуда уходит.

Милорд не поднял на девушку глаз. Но убрал лютню, и из-за его спины вновь появился гриф. Кайа молча ждала ответа.

Наверное, она все-таки заснула, а он… донес ее до этого места?.. Он такой странный. То вежлив, то до абсурдности бесцеремонен. Нет, все-таки лучше побыстрее добраться до безопасных мест. Кайа уже начинала понимать, что зря связалась с Черным Менестрелем.

— На окраине леса.

Он встал, а вслед за ним, будто вздохнув, ветер пустил поток воздуха, и пламя погасло. Сквозь тонкую струю дыма Кайа видела, как блестит его взгляд. Сердце ушло в пятки. В одно мгновение девушку охватил неосознанный страх, на глазах тут же появилась пелена слез. Она боялась выдохнуть.

Он медленно обошел костер. Кайа смотрела в его глаза и не могла поверить. Сейчас он ее убьет. Сейчас… перед глазами вновь встала кровавая и бесшумная битва. Двадцать на одного. Скользящий взмах меча… и все. Его синие глаза блеснули чем-то необъяснимым. За что? Она смотрела в его глаза, а внутри нее металась паника: «За что?!».

Он подал ей руку.

Кайа послушно встала. Оправив складки изодранного платья, она почувствовала себя очень неловко под его взглядом. Столь жалкая, растрепанная, с испуганными глазами напротив благородного, статного и уверенного. Она боялась моргнуть.

— Здесь неподалеку есть ручей. — Милорд кратко окинул ее взглядом. — Вам, миледи, необходимо привести себя в порядок. Я вас провожу.

Девушке показалось, что она ослышалась. Но с души будто камень упал. Не в силах что-либо ответить она кивнула.

Уже позже, когда она шла рядом с ним по душистому полю, она вдруг задумалась о том, что он почему-то считает ее знатной. Кайа почувствовала, как щеки наливаются румянцем. Может, это из-за ее капризности? Девушка вздохнула и поникла, искоса глянув на невозмутимого спутника. Черный Менестрель, не отрываясь, вглядывался в горизонт, словно видел там что-то недоступное для других. Кайа тоже попыталась всмотреться в четкую линию, но так ничего нового и не нашла. Все то же поле, то же небо, те же облака…

Через несколько часов показалась какая-то деревня. Кайа уже было обрадовалась тому, что сможет поговорить с людьми и помолиться Эру в честь праздника умерших, но Черный Менестрель почему-то решил обойти эту деревеньку стороной.

— Милорд, разве мы не посетим храма сегодня? — пытаясь приноровиться к его широкому шагу, спросила Кайа. — Сегодня же день умерших…

Не обращая внимания на ее слова, он бросил, на мгновение остановившись:

— Если для вас это так важно, я дождусь вас на том конце деревни.

Кайа непонимающе промолчала, глядя ему вслед. Неужели он не верует в Эру? Или у него нет ни единой родной души по ту сторону мира? Девушка вдруг поняла, что начала осознавать Черного Менестреля, как человека. Медленно шагая в сторону деревни, она сама себя корила за это.

Конечно, откуда у него сердце? Он ведь наверняка даже создан-то был магией. Таких людей не бывает. Это просто отрицает какой-либо порядок. Но ведь… Кайа на мгновение запнулась и остановилась на полпути. Девушка вспомнила его заботу. Неумелую, конечно, но искреннюю. И эти яблоки, которые он достал сегодня с утра неизвестно откуда для нее…

Нет, все-таки что-то не сходится.

Храм в этой деревне отливал непередаваемой ухоженностью, и Кайа вновь испытала то чувство, когда от восторга и затаившейся внутри загадочности трудно дышать полной грудью. Здесь было пусто. Несмотря на праздник, никто, казалось, даже и не подумал навестить своих предков и умерших родных. Кайа аккуратно вынула из вазы, стоявшей по левую руку от входа, три белые лилии. Подойдя к деревянному алтарю, девушка сложила их в один ряд и, поклонившись статуэтке Эру, стоявшей над алтарем в нише, упала на колени молиться.

Каждый год она молилась в первую очередь за свою мать, умершею как раз в этот день от лихорадки. Кайа уже привыкла к словам молитвы и спустя двенадцать лет научилась читать их без слез. Но в душе у нее все равно завывало от пустоты. Окончив обряд, девушка бросила лилию в огонь.

Вторая молитва была обращена к предкам. Безучастно наблюдая за тем, как от жара сворачиваются и чернеют белые лепестки другой лилии, Кайа думала о том, зачем взяла третий цветок. Для кого он?.. Сама не зная зачем, девушка забрала его из храма, когда языки пламени вновь спокойно потянулись к потолку, смешав пепел цветов.

Может, отдать его Черному Менестрелю?..

— Девочка, кто в твоей жизни остался по ту сторону мира?

От неожиданности Кайа обернулась, пытаясь найти того, кто задал вопрос. Улицы были безлюдны, словно в этой деревне никто не живет. Позади стояла старая женщина с пустыми глазами. В ее руках белела лилия, продетая в узел какого-то платочного свертка.

— Мама, — тихо ответила она, почтительно склоняя голову перед возрастом спросившей.

Она мягко улыбнулась в ответ. И протянула Кайе сверток.

— У меня — сын. Был таким же как ты, молодым и красивым. Возьми.

— Благословит вас Эру… — прошептала девушка.

Старая женщина лишь уронила слезу и вздохнула.

— Пусть тебя благословит, девочка. Мне уже и жить-то поздно…

Кайа еще раз почтительно поклонилась и пошла дальше по дороге, туда, где ее должен был дождаться Черный Менестрель.

У всех кто-то умирает. Все о ком-то скорбят. А милорд почему-то безразличен… интересно, будет ли он ждать ее по ту сторону деревни? Не зная почему, Кайа улыбнулась своим мыслям. Нужно побыстрее добраться до земель короля… иначе, кто знает, чем может обернуться знакомство с этим человеком? Человеком ли?..

Он ее ждал. Стоял неподвижно, как камень, а ветер трепал его плащ. Когда Кайа подошла чуть ближе, он протянул ей еще одно яблоко. Девушка, не зная что делать, поблагодарила и приняла. Иначе — нельзя. В день Эру каждый обязан принять то, что ему дают, в знак смирения с судьбой.

— Милорд, я понимаю, что вы не обязаны отвечать, но я не могу не спросить, — начала Кайа, когда они вновь отправились в путь. — Неужели у вас нет умерших родных?

Он помолчал. Его лицо ничего не выражало.

— Есть.
 
« Пред.   След. »
 

Пожалуйста, ответьте на вопрос...

Приносит ли пользу этот сайт?


"Свеча" - христианский электронный журнал