Забыли пароль?
далее следует некоторая информация...



СВЕЧА - Главная arrow Публикации (Статьи) arrow Творческая Свеча arrow Обыденная жизнь
Обыденная жизнь Печать E-mail
15.10.2015 г.
В октябре появилась старшая девочка, Юля, которую надо было готовить к ЕГЭ. Ей 16 лет, ответственная и серьезная, больше всего боится не поступить в институт, но при этом без ботанической паники. С ней интересней всего: уровень требовался приличный, у самого учителя была возможность развиваться и узнавать что-то новое. Юля оказалась отличницей по английскому и это немудрено: единственное, что в школе делают – читают и переводят. Она знала достаточно слов и вполне нормально знакома с грамматикой, однако разговорная речь и понимание на слух напрочь отсутствовали. На этом при поступлении летели все из очень средней школы. С таким учеником скучать не приходилось: и задания для аудирования выдумывать из документальных фильмов о «Металлике», и грамматику подтягивать серьезно, а для этого тянуться самому. В общем, Юлька стала настоящем спасением от деградации, стала тем, кому пригодились ее знания, и ради кого стоило работать.
 
Почти сразу после нее появился Вадим – десятилетний мальчик, чей отец сидел в тюрьме за распространение наркотиков. У него хорошая мама и сестренка. Все ребята младшего возраста как на подбор несчастные, полная семья только у тупенького Максима. Один из четырех. Что еще скажешь? Вадим оказался сообразительным, добрым и открытым, но очень ленивым. Он мог знать и уметь намного больше, если бы захотел. Для своих лет довольно крупный и высокий парнишка, причем симпатичный. Единственным его недостатком было легкое заикание, особенно когда он волновался, но едва ли он переживал по этому поводу.
 
В ноябре подтянулась средняя группа: Лешка (8й класс) и Кирилл (9й класс). Они друзья. Тот самый Леха ходил на дополнительные занятия, когда она училась на пятом курсе института, еще до Наташки. Тогда он был в шестом классе, а ее задача заключалась в подготовке его к урокам и выполнении домашнего задания. Видимо, так хорошо подготовился, что в седьмом классе не было нужды в дополнительных занятиях. В восьмом нужда опять возникла: внимание родителей переключилось на новорожденную сестренку, а Леха стал чудить на пару с Кириллом. Ему явно в тягость школьная лямка, и он тянул ее из страха перед отцом, который мог надрать уши. Ну хоть тут нормальная семья! Кирилл тоже мог ею похвастаться: у него были родители, старший и младший братья, много дядек, и он очень много времени проводил с ними и отцом. Учился, перебиваясь с двойки на тройку и обратно, грозились оставить на второй год, но его это не слишком волновало. Чисто по-человечески парень замечательный и общаться приятно. Школьная англичанка задавала только переводы текстов, даже чтения их не спрашивала. В девятом классе тексты оказались сложными и интересными. Репетиторша диктовала Кириллу перевод, а он записывал, потом сдавал тетрадь и получал пятерки. Разумеется, это не могло не насторожить Наталью Ивановну, знающую возможности своего двоечника. Она долго выпытывала у Кирилла, кто переводит ему тексты, но тот молчал, как партизан или плел что-то про папину помощь и, дескать, он сам взялся за ум и сидит вечерами со словарем.
 
- Даже я таких классных переводов не делаю! – Наталья Ивановна не хотела верить в чушь. Она действительно вряд ли способна сделать классный перевод, потому что у нее не лингвистическое, а филологическое образование, но директора школы это не волновало – не хватает англичан, пусть хоть эта работает, если желает. Наталья Ивановна пришла в школу еще будучи студенткой да так там и осталась совершенно не по специальности. Можно понять, почему она спрашивала только переводы, опаздывала на занятия и уходила из класса на пол-урока, дав ученикам какие-то скучные задания, скорее всего, тоже переводные. Дети этого всего не знали, но это и не имело значения: неприязнь к английскому и осознание его ненужности и так прочно укрепилось в их умах и сердцах. Наталья Ивановна никак не могла успокоиться на счет Кирилла и начала пытать его лучшего друга –Леху. Тот тоже молчал, ни выдавая общего репетитора. Однако, несмотря на пятерочные домашние задания, Кирилл все равно схлопотал тройку за триместр, что весьма обидно. Наталья Ивановна боялась проверок – если копнут поглубже, знания Кирилла оставались на том же уровне, он едва умел читать, потому что в шестом классе забросил язык бесповоротно. После тройки за триместр он тоже перестал ходить как-то вдруг, ни слова не сказав. Потом объявился в конце мая, когда нужно было сделать очередной сложный перевод на оценку. Как сложилась его судьба дальше, она не знала: либо оставили на второй год, либо сослали в ПТУ, либо работает у отца, либо в ментовскую школу…
 
Потом пожаловала еще одна Юля – всего на пару лет младше ее самой. Ей нужно сдавать английский при поступлении в аспирантуру. Юля заканчивала ЕНФ в том же институте, где пару лет назад она заканчивала иняз. Ездить ей приходилось далеко, но за такие смешные деньги поблизости никого не найдешь. Ездила Юля мало и вяло: на экзамене тоже требовался перевод и чтение, рассказ о себе и своей кандидатской, который можно подготовить заранее. Заниматься было тяжело, потому что уровень знаний немногим лучше шестиклассника, но поскольку Юля была взрослой, да еще почти дипломированным спецом со сложившимся естественно научным мышлением, так чуждым гуманитарному, было просто невозможно. Ей приходилось объяснять элементарные вещи и оставалось ощущение, что она все равно их не понимала и даже гордилась этим, чувствуя, что куда умнее гуманитарных словоблудов. Они – технари, ученые – делом занимаются в отличие от некоторых. Ну правда, что такое язык? подумаешь специальность – знать английский! Любой и каждый может выучить иностранный, и более того – это минимум общей культуры, а специальность – совсем другое, это серьезно. Однако даже этот минимум общей культуры оказался многим не по силам, в том числе и Юле. Ей трудно было что-то объяснить, потому как она не замолкала ни на минуту или перебивала интенсивным угуканьем, если ей казалось, что она все поняла. Узнаваемое воспитание педагогического института: городи неважно что, главное не молчи, а то подумают, что ничего не знаешь. Так большинство сдавало экзамены – методом Андрея Малахова из «Большой стирки» несло чушь с умным видом и наглой уверенностью. Юля тоже не могла заставить себя помолчать хоть секунду и послушать. А зачем тогда репетитор? – вполне логичный вопрос. Человек едет с другого конца города и платит деньги, чтобы кто-то послушал его неграмотное чтение и отправил обратно, не добившись результатов. Но особенно кошмарными были занятия по два часа сразу. После такого она чувствовала себя выжатой. Продолжение...
 
« Пред.   След. »
 

Пожалуйста, ответьте на вопрос...

Приносит ли пользу этот сайт?


"Свеча" - христианский электронный журнал