Забыли пароль?
далее следует некоторая информация...



СВЕЧА - Главная arrow Публикации (Статьи) arrow Творческая Свеча arrow Обыденная жизнь (ч.3)
Обыденная жизнь (ч.3) Печать E-mail
15.10.2015 г.
Часть 2. Юле тяжело понять, как можно поддерживать английский, работая только с малышами, не общаясь с иностранцами и не связывая жизнь с аспирантурой или с каким-то иным продолжением обучения. Ей же было непонятно, как английский можно не поддерживать, если он валится на тебя буквально из каждой песни, если с появлением двд смотреть фильмы в оригинале уже не проблема. Это раньше, когда она училась на первом курсе, в бизнес-центре сидел молодой симпатичный пират, привозивший кассеты на английском и переписывающий их на двух видеомагнитофонах за умеренную плату. Полки книжных магазинов буквально ломились от англоязычной литературы по приемлемой цене. Она же смотрела не только предсказуемые голливудские фильмы, где по видеоряду можно догадаться о многом, но по большей части документальные фильмы о рок-группах или интервью, где видеоряд почти не менялся и никак не помогал воспринимать информацию. К таким фильмам перевод не предусмотрен, они записаны в качестве бонусов на концертных двд или валялись в сети в виде низкокачественных бутлегов. Она с ужасом думала, сколько из мира музыки прошло бы мимо нее, не знай она английского. Можно не читать тексты, если понимаешь их на слух или читать только фрагменты, которые не понимаешь. Можно узнавать столько нового о группах или обо всей истории рока, смотря докьюментари и всякие бонусы и экстры к концертам. Конечно, общения не хватает – иногда хочется поговорить по-английски, но не с кем. Наверное, если она вдруг попробует, на скорости речи и ее богатстве сразу отразится языковой застой, но это не слишком ее пугало, ибо она не была общительным человеком даже на родном языке. Языки учила не для того, чтобы уехать заграницу, выйти замуж за иностранца и устроить жизнь получше. Учила потому, что не могла не учить, потому что это ее. Потому что это открывает новые горизонты, новые миры и понимание другого народа. Чувствуешь себя другим человеком, говоря на другом языке или попадая в другую языковую реалию. Открываешь иного себя  - вот зачем это нужно, вот что для нее самое главное.
 
- Читаю, смотрю фильмы, слушаю музыку и разные интервью музыкантов, к урокам готовлюсь, - отвечала она, понимая, что звучит вяло, ибо толком не знала как ответить на глупый вопрос. Однако учителю надо быть готовым прежде всего к глупым вопросам.
 
Похоже, Юлю ответ не убедил. Надо было ответить так: у меня не тот уровень, который нуждается в поддержании! Но это слишком пафосно, да и наглая ложь – любой уровень нуждается в поддержании, даже самый высокий. Все уходит, если перестаешь этим заниматься. Пальцы не слушаются, если долго не играешь гаммы, мышцы становятся вялыми, если долго не тренируешься, слова с трудом связываются в предложения, если долго не пишешь и с трудом находишь нужные, если долго не говоришь. В прошлом году, пока были две Юли, какое-то время была Лера, поддержку уровня можно было совмещать с работой. В этом году такого не предвиделось, а значит, надо было что-то делать самой, но не хотелось. Работа связана с инглишем – глупо тащить его в досуг. К тому же, пару лет назад она начала учить немецкий и чтобы постоянно находиться в этой языковой среде, даже музыки стала слушать больше немецкоязычной. Понравился их лающий жесткий говор, четкая речь и резкая гитарная музыка с индустриальными элементами. И многие слова стали понятны, и даже связывались в предложения. Это ни с чем не сравнимый кайф…
 
Вадим задержался – дедушка долго не ехал, ожидая звонка, а Вадим не звонил, потому что заранее сказал деду: приезжай через час, как обычно. Она чуть не рехнулась, пока заставила его выучить какие-то несложные слова, которые он скорее не хотел запомнить, нежели не мог. Конечно, это было не такой пыткой, как учить слова с Никитой – Вадим куда веселее и сообразительнее, но твердить как попугай одно и то же само по себе мучительно. О каком прогрессе тут речь! Она знает, что от ее в прошлом блестящего произношения уже почти ничего не осталось – она так безбожно коверкает слова, чтобы эти малявки хоть как-то понимали, хотя такой подход методически неверен. «Эти методисты уже всех достали, - говорила француженка в универе, - они настолько оторваны от школы и от живых детей, что могут позволить себе погрузиться в теории и промывать мозги другим». Она права, разумеется – педагогика в университете, это совсем не то, что прикладная педагогика в школе.
 
Как дальше пойдет вечер? В прошлом году был бы еще кто-нибудь, а то и парочка. Она тогда уставала и потом долго лежала на полу, выпрямляя больную спину и слушая megahertz. В этом году она работала дня три или четыре в неделю, и эти рабочие дни не столь густо заполнены. Вот сегодня уже свободна. Можно потренироваться, потом принять душ и поесть. Суп на завтрак в семь вечера – смешно, не правда ли? но для нее это было в порядке вещей и те, кто с ней жил, давно к этому привык. А вот после завтрака наступало самое отвратительное время и длилось до полуночи. Она жила ожиданием ночи, когда отец и мать улягутся спать, и все надоевшие звуки стихнут. Как же ее раздражает звон посуды через стенку (ее комната зажата между кухней и гостиной, а прямо перед дверью – коридор, напротив - ванная). Слышно абсолютно все: телевизор из гостиной и вечное бряканье на кухне. Порой ей казалось, маме вовсе и не за чем быть там так часто – она ковыряется больше по привычке, находя себе всякие мелкие дела, моя посуду излишне часто и постоянно что-то роняя и грохоча. Будто специально! Она знала, что это не так – мама ее любит и меньше всего на свете хочет причинять ей беспокойство, но порой мы так охотно и легко на все раздражаемся… Продолжение...
 
« Пред.   След. »
 

Пожалуйста, ответьте на вопрос...

Приносит ли пользу этот сайт?


"Свеча" - христианский электронный журнал